Культурные ландшафты

Культурные ландшафты Кенозерского национального парка определяют его уникальную ценность как объекта культурного и природного наследия федерального и мирового значения.

Что такое «культурный ландшафт»

В качестве культурных ландшафтов, расположенных на территории Парка, рассматриваются исторически сформировавшиеся в результате гармоничного взаимодействия природы и культуры целостные комплексы, включающие группу (куст) или отдельные сельские поселения, систему прилегающих, преимущественно открытых угодий (озёра, поля, луга), использовавшихся для разнообразных форм природопользования, сакральные места и сооружения (церкви, часовни, «святые» рощи, кресты), участки прилегающих лесных промысловых угодий. 

Культурный ландшафт Кенозерья. Фото К. Кокошкина

Многие культурные ландшафты хорошо сохранили свою историческую пространственную и функциональную структуру, разнообразные природные и историко-культурные элементы, являющиеся памятниками природы, архитектуры и истории. В их границах продолжают жить люди – носители традиционной культуры, потомки тех, кто когда-то создавал это природно-культурное разнообразие.

Николин камень в д. Морщихинской. Фото Д. Бастета

В других случаях о существовании культурных ландшафтов напоминают только открытые луговые пространства, поскольку уже нет деревень, разрушились и исчезли часовни. Важнейшей характеристикой культурного ландшафта Парка стала его ассоциативность, духовность. «Святые» рощи и камни стали символами далёких языческих времён. Топонимические названия угро-финского происхождения усиливают ассоциативные впечатления. Обилие христианских символов, часовен, поклонных крестов, гармонично соседствующих с языческими элементами ландшафта, ещё более усиливают духовный акцент.

В их границах продолжают жить люди - носители традиционной культуры...

Структура культурных ландшафтов

Исторические поселения, сельскохозяйственные угодья, дорожно-тропиночная сеть, сакральные места и центры – основные структурообразующие элементы в единой целостной системе культурных ландшафтов – объединяются друг с другом через систему функциональных, планировочных и визуальных взаимосвязей. Их чёткая системность прослеживается и во взаимодействии с природными образованиями, в частности, в обусловленности их размещения основными макроструктурами природного каркаса территории. Соотношение с природным каркасом в значительной мере влияет на потенциал развития расселенческого узла и его перспективы. Целостность структуры культурных ландшафтов во многом зависит от сохранности визуальных ориентиров и доминант, сохранности контактов между людьми – жителями соседних деревень, открытости и положения сакральных центров. Вследствие утраты этих элементов и, прежде всего, визуальных связей между поселениями и системами открытых пространств, целостность системы культурных ландшафтов Парка была частично нарушена, а в некоторых его районах утрачена. Зарастание полей, дорог ведёт к потере зрительных и зачастую – этнологических, духовных связей. Теряется связь духовных элементов ландшафта с окружающей территорией.

Сенокосные угодья зарастают кустарником. Фото Д. Бастета

Формирование культурных ландшафтов

Большое значение для перспективного управления культурными ландшафтами имеет знание закономерностей их развития и формирования. Тот ландшафт, который сегодня рассматривается как обладающий универсальной ценностью наследия, начал формироваться в 11 в. и в основных своих чертах оформился к 16 веку. Тогда определяющим облик ландшафта типом хозяйственной деятельности было общинное земледелие. С 16 по 19 вв. структура расселения в принципе сохраняется, но население растёт и идет сельскохозяйственное освоение новых угодий за счёт развития подсечного земледелия, сопровождающегося усложнением мозаики угодий. Формируется система сакральных центров, закрепляющая сакрализацию пространства. Сохраняются лесные промыслы.

Изменение культурного ландшафта

До начала 20 века ландшафт гармонично развивается, но с 30-х годов отмечается снижение плотности населения и площади обрабатываемых угодий, лес отвоёвывает обратно утраченные когда-то рубежи. Уничтожаются или приспосабливаются для иных целей многие храмы и часовни, сакральные центры утрачивают свою организующую роль в иерархии пространства, сомнительные экономические императивы становятся ведущими. Именно нарушение духовных устоёв традиционного общества приводит к многочисленным утратам в сфере материальной культуры и хозяйственного уклада. В 60-е годы проводится кампания укрупнения сельских поселений, что приводит к гипертрофированному росту нескольких из них и обезлюдению периферийных зон и сопровождается утратами функционально значимых компонентов культурного ландшафта. К концу 80-х годов животноводство приходит на смену растениеводству. Пахотные земли постепенно заменяются сенокосами и пастбищами. Результатом изменения системы расселения и хозяйствования стала деградация культурного ландшафта, уменьшение площадей открытых пространств, снижение фрагментарности территории. Однако, пространственная структура и традиционные элементы культурных ландшафтов, несмотря на явный ущерб, им нанесённый, сохранились в силу исключительно высокого историко-культурного потенциала территории, имеющего в запасе немало ценностей, и в силу инерционности традиционного общества, старательно поддерживающего эти ценности и формы своего жизнеобеспечения.

Как сохранить и возродить культурный ландшафт

Современная экономическая ситуация в России очень сложна и не способствует экономическому возрождению традиционных форм природопользования, обеспечивающих самовоспроизводство основных черт культурного ландшафта. Практически повсеместно идёт сокращение площади сельхозугодий и замещение их древесно-кустарниковыми растительными сообществами, продолжается разрушение традиционной системы расселения и отмирание традиционной сети поселений. Однако на этом фоне отмечаются также и позитивные тенденции, способные в дальнейшем обеспечить обратимость наблюдаемых деструктивных процессов. Это усиление культурной самоидентификации, интерес к своим историческим корням и традициям, уважение и приобщение к религиозным духовным ценностям.

Необходимость сохранения и восстановления исторических культурных ландшафтов Кенозерья обусловлена тем, что на большей части Северо-Запада России практически нигде не сохранилось компактных, хозяйственно и духовно увязанных в единое целое, объединяющих историческое, культурное и природное  значение, территорий. Потеря даже «незначительных» структурных элементов этих ландшафтов ведёт к их деградации, утрате смыслового значения, а в дальнейшем к их искусственности. Сейчас в Парке ведётся работа по «консервации» и реставрации некоторых приоритетных ландшафтов. Эта работа включает сбор различной информации по каждой отдельной территории, её анализ и принятие проектных решений. Особое внимание уделяется участию местных жителей в этой деятельности, поскольку только традиционное хозяйственное использование ведёт к долгосрочному существованию этих ландшафтов.

Культурно-ландшафтные зоны

Всю территорию Кенозерского национального парка можно разделить на четыре культурно-ландшафтные зоны: Лёкшмозерскую, Вильно-Порженскую, Кенозерскую и Почозерскую. 

Для Лёкшмозерской зоны характерно определяющее планировочное влияние большого, с относительно ровными берегами Лёкшмозера, на берегу которого располагаются компактные кусты поселений, окружённые открытым пространством лугов.

Для Вильно-Порженской зоны характерно множество отдельных или групп относительно небольших озёр, расположенных на некотором расстоянии друг от друга. Вокруг них также сформировались небольшие кусты поселений с окружающими их открытыми пространствами. В отличие от Лёкшмозерской зоны они, как правило, ориентированы сразу на несколько озёр, образующих с лугами единое открытое пространство.

Структуру культурного ландшафта Кенозерской зоны определяет причудливая конфигурация озера. В отличие от Лёкшмозера, Кенозеро состоит из множества плёсов и заливов (лахт), которые воспринимаются как отдельные озёра. Большинство кустов поселений и примыкающих к ним угодий связаны сразу с несколькими заливами, а также расположенными рядом с Кенозером мелкими озёрами.

В Почозерской зоне размещение кустов поселений связано с системой двух озёр — Почозера и Святого. При этом большая часть поселений расположена между этими двумя озёрами.

Что такое культурно-ландашфтный комплекс

В каждой культурно-ландшафтной зоне Кенозерского национального парка выделяются отдельные культурно-ландшафтные комплексы, являющиеся главными структурными элементами культурных ландшафтов Парка. Культурно-ландшафтный комплекс состоит из системы открытых и закрытых пространств, сформировавшихся в результате взаимодействия крестьянской культуры и природы.

Центральным ядром комплекса является группа поселений, ориентированная на один или несколько водоёмов (озеро, систему озёр или заливов, реку). Вокруг этих поселений сформировалось обширное луговое окаймление, образующее вместе с водными поверхностями систему открытых пространств. История формирования луговых угодий весьма интересна. Большинство из них ещё в 30-е годы прошлого века использовалось как пашни. Прилегающие к деревне поля до возникновения колхозов относились к общинным землям, принадлежавшим всему населению деревни и делившимся между семьями в соответствии с количеством мужских душ. Если та или иная семья хотела иметь больше земли, она брала лесной участок, который обрабатывала и использовала как пашню. Такие участки у местного населения назывались полянами. Сегодня сохранилась только малая их часть. В середине прошлого века некоторые поляны устраивались на расстоянии до 5—6 километров от деревни. Примыкающие к ним леса использовались как охотничьи угодья, пересечённые множеством «путиков» (охотничьих троп). Эти же леса вместе с болотами активно использовались для сбора ягод. Важную роль в жизни местного населения играли малые озёра, расположенные в лесах, которые использовались населением для рыбной ловли. Характерными чертами культурно-ландшафтных комплексов Кенозерского национального парка является наличие на их территории часовен или церквей, поклонных и обетных крестов, «святых» рощ, хозяйственных построек (мельниц, мостов, амбаров, сараев и т. д.). Границы культурно-ландшафтных комплексов определяются размерами зоны влияния деревни или группы деревень, образующих единый расселенческий узел или куст поселений. Зона влияния фиксируется расположением закреплённых за деревнями хозяйственных угодий.

Классификация культурно-ландшафтных комплексов

Несмотря на определённое сходство в структуре и характере развития культурно-ландшафтных комплексов, все они имеют и свои специфические особенности. Наиболее заметные различия проявляются при оценке современного состояния сельских поселений (расселенческих узлов или кустов поселений) и сельскохозяйственных угодий. При оценке поселений особое значение имеет наличие или отсутствие населения, его постоянное или временное проживание, а также состояние жилого фонда. При оценке хозяйственных угодий необходимо исходить, прежде всего, из степени сохранности открытых пространств (большие луговые пространства, активно используемые в качестве сенокосов, полуоткрытые пространства, состоящие из системы множества небольших полян, лесные массивы, образовавшиеся на месте бывших сельскохозяйственных угодий).

Исследователи выделяют пять классов культурно-ландшафтных комплексов:

1.         культурно-ландшафтные комплексы искусственно укрупнённых или вновь созданных поселений с постоянным населением и используемыми сельскохозяйственными угодьями;

2.         культурно-ландшафтные комплексы традиционных поселений с постоянным населением и используемыми сельскохозяйственными угодьями;

3.         культурно-ландшафтные комплексы традиционных поселений с временным населением и используемыми сельскохозяйственными угодьями;

4.         культурно-ландшафтные комплексы исчезнувших поселений с используемыми сельскохозяйственными угодьями;

5.         культурно-ландшафтные комплексы исчезнувших поселений с неиспользуемыми сельскохозяйственными угодьями.

Лёкшмозерская культурно-ландшафтная зона состоит из пяти культурно-ландшафтных комплексов: Морщихинского, Труфановского, Орловского, Челмогорского и Аглимозерского.

Морщихинский комплекс (первый класс) 

Сформировался на базе большой группы сельских поселений: Морщихинская, Калинино, Погост, Подлеша, Лукьяново, Заручевье, Анфаловское, Мартыново и Дьяково. В настоящее время все они слились в единое поселение — Морщихинскую — с «концами», сохраняющими свою историческую топонимику. Доминирующей вертикалью ландшафта является каменная церковь св. апостолов Петра и Павла (1829 г.). Внутри села сохранилась часть традиционной застройки.

Труфановский комплекс (второй класс)

Включает куст деревень, расположенный на восточном берегу Лёкшмозера и состоящий из деревень Новосёлова, Казариновской, Ившенской. В каждой деревне осталось 1-2 семьи постоянных жителей. В Ившенской восстановлена часовня святого Пантелеймона. В Казариновской сохранилась деревянная церковь св. Георгия Победоносца (1895 г.), на которой в 2014 г. произведены консервационные работы.

Орловский комплекс (второй класс)  

Сформировался на основе куста деревень, расположенных на западном берегу Лёкшмозера. В этот куст входят деревни Прокошинская, Илексинская, Хвалинская, Воротниковская и Кайсаровская. В деревне Хвалинская находятся две часовни: во имя иконы Тихвинской Божия Матери (XVIII в.) и Вознесения Господня (XIX в.). В Тихвинской часовне сохранился комплекс расписных «небес» (XVIII в.). Особая роль этого комплекса заключается в том, что именно с него для гостей, прибывающих в Кенозерский национальный парк со стороны Каргополя и Няндомы, начинается знакомство с культурными ландшафтами Каргопольского сектора Парка. Это обстоятельство, а также то, что здесь до сих пор всё ещё сохраняется постоянное население, вводит этот комплекс в число наиболее значимых культурно-ландшафтных комплексов Парка.

Челмогорский комплекс

В Лёкшмозерской зоне располагается также Кирилло-Челмогорская пустынь, отнесённая в соответствии с принятой нами классификацией культурно-ландшафтных комплексов к пятому классу и фактически уже потерявшая свою значимость как реально воспринимаемый монастырский культурно-ландшафтный комплекс. Существовавшие здесь когда-то монастырские постройки в настоящее время исчезли. Место их размещения отмечают кресты с мемориальными табличками. В прошлом здесь были каменный храм Богоявления Господня с колокольней, каменная ограда. Несмотря на полное исчезновение построек, здесь сохранился исторический ландшафт, фрагменты которого — место землянки Кирилла Челмогорского, два кладбища (одно из них действующее); место монастырского выселка Пела, монастырские луга, старые ели и другие свидетели монастырской жизни.

В связи с развитием туристической деятельности, этот комплекс будет включён в один из туристско-экскурсионных маршрутов Парка, и тогда можно будет говорить о системе мероприятий, направленных на его реставрацию.

Аглимозерский комплекс

Когда-то на Монастырском острове Наглимозера находился ещё один монастырь — Аглимозерская пустынь. На территории монастыря находились две церкви: Тихвинской Божией Матери и Трёх Святителей Вселенских. Сегодня здесь сохранились остатки рубленой кельи и фундаменты старых построек. Их место маркируют памятные кресты. На этом маршруте Кенозерским национальным парком обустроена экологическая тропа «Тропа предков», посвященная традиционному крестьянскому природопользованию. На Наглимозере построен информационный центр «Лесное отходничество», где представлена информация об Аглимозерской пустыни, крупных озерах – Наглимозеро, Сяргозеро и лесных территориях вокруг них.

Вильно-Порженская культурно-ландшафтная зона состоит из пяти культурно-ландшафтных комплексов, расположенных между Лёкшмозером и Кенозером на берегах небольших озёр, столь характерных для этой территории. Она включает в себя Вильненский, Масельга-Гужовский, Думино-Долгозерский, Порженский и Макарьевский комплексы. Почти все выделяемые здесь культурно-ландшафтные комплексы относятся к третьему классу и лишь один — Макарьевский — может быть отнесён к пятому классу.

Вильненский комплекс 

Находится в южной части зоны и сформировался на базе деревни Вильно, располагавшейся на мысе одноимённого озера. Вокруг этого места сохранились небольшие открытые пространства, которые до сих пор используются крестьянами, живущими в Морщихинской. Раньше луговые угодья этого ландшафтного комплекса доходили до Коргозера, то есть он был ориентирован сразу на два озера. На берегу озера Вильно находилась почитаемая часовня преподобных Зосимы и Савватия Соловецких. Вильненский комплекс расположен несколько в стороне от связывающей южную и северную части Парка дороги, вдоль которой когда-то размещались наиболее значительные кусты поселений — в том числе Масельга, Думино, Порженский погост.

Масельга-Гужовский комплекс 

Расположен между тремя озёрами — Масельгским, Пежихерьем и Вендозером. При этом Масельгская часть комплекса расположена на высоком холме, ориентированном на озеро Масельгское, а Гужовская часть занимает холмистый, не заросший лесом полуостров и образует с прилегающими озёрами единое открытое пространство. Важную роль в формировании целостного комплекса играет церковь преподобного Александра Свирского (1866 г.), возвышающаяся на Хижгоре — узкой гряде, расположенной между деревнями Масельгой и Гужово. Эта церковь выполняет функции вертикальной доминанты ландшафта (к сожалению, в настоящее время почти закрытой разросшимися на склонах Хижгоры деревьями) и вместе с тем — видовой точки, откуда открываются далёкие перспективы на весь ландшафтный комплекс и окружающие его лесные дали. Недалеко от Гужово начинается озёрно-канальная система «Левусозеро-Масельгское», а в трёх километрах от той же деревни, на Левусозере, сохранилась возрожденная в 2006 г. Кенозерским национальным парком водяная действующая мельница XIX века. На месте деревни Масельга сохранилось лишь несколько домов. Здесь построена база летних экологических лагерей, создан ландшафтный театр «Северный экватор», архитектурный парк «Кенозерские бирюльки». Построен гостевой дом в виде традиционного кенозерского жилища «Как у бабушки». Поэтому Масельгско-Гужовский комплекс является одним из приоритетных культурных ландшафтов, на территории которого уже сейчас реализуются уникальные просветительские функции.

Макарьевский комплекс 

Является ярким примером исчезающего монастырского культурно-ландшафтного комплекса. В XVII–XX вв. на этом месте находилась Макарьевская пустынь — одно из самых популярных мест среди крестьян, живших на обширной территории, охватывавшей не только районы Лёкшмозера и Кенозера, но и всего Каргополья. Хранят память о прошлом озёра (Макарье и Келейное), около которых когда-то находился монастырь. Сохранившийся до сих пор каменный собор Святой Живоначальной Троицы (1868 г.) восстанавливается местной православной общиной при участии Кенозерского национального парка. Включение Макарьевского комплекса в туристско-экскурсионную программу Парка является весьма важным и перспективным.

Думино-Долгозерский комплекс 

Относится к одному из приоритетных. Это обусловлено, прежде всего, его особым положением в парковом пространстве, поскольку именно Думинский и Порженский комплексы являются теми звеньями, которые объединяют Кенозерский национальный парк в единое целое.

Порженский комплекс 

Сформировался на базе трёх деревень — Фёдоровской, Окатовской и Турова сельца — и двух озёр — Порженского и Большего Порженского. Порженский комплекс чрезвычайно популярен среди туристов. Он выполняет функции связующего звена, объединяющего северную и южную части Парка. Перспективность и значимость Порженского комплекса для Кенозерского национального парка обусловлена высокой ценностью расположенной на его территории Георгиевской церкви (1782 г.), стоящей в окружении «святой» рощи и входящей в список наиболее значимых памятников деревянного зодчества России. В церкви сохранились два комплекса расписных «небес» в алтарной части и молельном зале. «Небо» молельного зала относится к редчайшему типу подписных «небес», его автором является Михайло Кириков Сказываев. В 2015 г. будет завершена реставрация уникальной Георгиевской церкви.

Кенозерская культурно-ландшафтная зона делится на ряд относительно автономных подзон, каждая из которых связана с определённым водным объектом. Это Кенозерский плёс (включая Глущевскую лахту), Кенорецкий плёс, озеро Долгое и озеро Свиное.

В зоне тяготения Кенозерского плёса выделяется семь культурно-ландшафтных комплексов. Вдоль южной части озера располагаются наиболее крупные Видягино-Тырышкинский и Зехново-Ряпусовский комплексы.

Ведягино-Тырышкинский комплекс 

Относится ко второму классу. В основе формирования комплекса лежит куст поселений — Ведягино, Горбачиха, Тырышкино, Семёново, Косицына. Все они расположены на берегах Глубокой Лахты и врезающейся в неё Катицкой  Лахты. Ведягино расположено на мысу, разделяющем Глубокую Лахту и озеро Домашнее. Все сохранившиеся дома этой деревни ориентированы на Домашнее озеро, более уютное и укромное, чем Глубокая Лахта. Домашнее озеро соединено с Глубокой Лахтой протокой. Доминирующее положение в ландшафтном комплексе занимает деревня Семёново, поскольку именно от неё видны многие другие поселения и ландшафты Кенозера, в том числе Вершинино, Зехнова, разнообразные острова, далёкие перспективы. Деревни Тырышкино и Горбачиха разместились одна против другой на берегах Катицкой Лахты.

Ведягино-Тырышкинский комплекс имеет множество сакральных объектов. В Ведягино сохранилась деревянная церковь Андрея Первозванного (1899 г.). Кроме того, на территории комплекса находятся семь уникальных часовен: около д. Тырышкино – Параскевы Пятницы (XVIII в.) и часовня-«крест», около д. Горбачиха – Иоанна Крестителя (1803г.) и придорожная часовня Святого Николая Угодника (1863 г.), а также часовня Святой Анастасии в д. Косицыно (1923 г.), апостола Андрея Первозванного в д. Ведягино (1889 г.) и мучеников Флора и Лавра в д. Семёново (1804 г.). Сохраняются здесь и некоторые ценные гражданские постройки (дом Мартынова XIX в. в деревне Ведягино и амбар XIX в. в Семёнове). В Горбачихе и Тырышкино сохранились «святые» рощи. Особо следует выделить рощу в Тырышкино. Это одна из наиболее крупных и хорошо сохранившихся «святых» рощ в Кенозерье. Во всех деревнях (за исключением Ведягино) сохранилось постоянное население; связанные с ними часовни активно посещаются местными жителями и приезжающими гостями.

Зехново-Ряпусовский комплекс (второй класс) 

Расположен на юго-восточном берегу Кенозерского плёса и включает 7 деревень: Спицына, Зехнова, Погост, Ряпусово, Майлахту, Сысова, Щанниково. Почти все деревни имеют как постоянное, так и временное население. Северная часть комплекса, базирующаяся на Ряпусовском кусте поселений, закрыта от остальной части акватории Кенозера Ряпусным островом, на котором располагается кладбище с архаичными формами захоронения. В Зехнова находится часовня апостола Иоанна Богослова (XVIII в.), одна из редких типов часовен в Кенозерье с открытой папертью. Здесь же сохранилась и восстановлена Кенозерским национальным парком водяная мельница XIX в. На территории д. Ряпусовский Погост сохраняется здание бывшей церкви Сретения Господня (1888 г.). В 2014 г. на здании церкви произведены консервационно-реставрационные работы. Из других сакральных объектов комплекса следует отметить также «святую» рощу и часовню Кирика и Улиты в Майлахте, а также несколько придорожных крестов, в том числе и вдоль старинного Ошевенского тракта. Ранее этот комплекс имел чрезвычайно развитую систему поселений, довольно мощное хозяйство и, соответственно, большие площади сельхозугодий. Это объяснялось многими причинами и, прежде всего, наличием дороги, связывавшей Майлахту с Ошевенским и Каргополем.

В средней части Кенозерской зоны выделяется группа небольших культурно-ландшафтных комплексов. Среди них комплекс, сформировавшийся вокруг деревни Матёра, два островных комплекса, расположенных на островах Медвежий и Мамонов, а также Тарасовский и Телицынский комплексы. Замыкает Кенозерскую культурно-ландшафтную подзону Вершининский комплекс.

Матёрский комплекс 

Относится к четвёртому классу. Комплекс сформировался на основе деревни Матёра. От бывших сельских угодий на территории комплекса сохранился лишь небольшой пятачок лугов. Не осталось здесь и деревенских домов. В то же время здесь сохранилась и посещается жителями окрестных деревень часовня Великомученицы Варвары (XIX в.) со «святой» рощей.

Комплексы на островах Медвежий и Мамонов (четвёртый класс)

На Медвежьем острове сохранилась часовня св. Власия (1873 г.). Особый интерес представляют «святая» роща и расположенный там крест, а также остатки памятников сельскохозяйственного природопользования — валунные гряды на границах полей, отмеченные правильными рядами выросших там крупных кустов можжевельника.

Ценность Мамонова острова заключается в близости к д. Вершинино и возможности его включения в экскурсионную программу туристов, посещающих Кенозеро. Этот комплекс очень важен для формирования пейзажной панорамы, раскрывающейся во время поездки по озеру. Для местного населения это — памятное место. Здесь стояла Ильинская часовня, вывезенная в музей «Малые Корелы», сохраняется поклонный крест, а на берегу можно увидеть камень, почитаемый бывшими жителями деревни как исцеляющий недуги.

Тарасовский комплекс (четвёртый класс)

К северу от Косицыно расположен Тарасовский комплекс (четвёртый класс). В основе его формирования лежат две деревни — Тарасова и Бор. Тарасова расположена на берегу Кенозерского плёса, а Бор — в стороне; через систему сельхозугодий эта деревня оказалась тесно связанной с малыми озёрами (Мощным и Купецким), находящимися в стороне от Кенозера. В деревне Тарасова сохранилась часовня Святого Афанасия Александрийского (1890 г.), поклонные кресты. Деревня Бор не сохранилась, часовня сгорела, и на её месте установлен памятный крест. Кенозерским национальным парком здесь обустроена экологическая тропа «Тарасовская боровина». На мысу, напротив Вершинино, располагается деревня Телицына, где сохранилась «святая» роща с поклонными крестами, установленными на месте бывшей часовни.

Вершининский комплекс (первый класс) 

Включает в себя несколько поселений: Вершинино, Погост, Шишкина, Горы, Карпова. К ним примыкает деревня Глущево. Этот комплекс занимает особое положение в системе культурно-исторических комплексов Парка и выполняет функцию связующего элемента между культурными ландшафтами Кенозерского плёса, Долгого озера и Глущевой Лахты. На территории Вершининского комплекса сохранилась часовня Святителя Николая (XVIII в.) в деревне Вершинино, каменная церковь Успения (1875 г.) в деревне Погост, часовни преподобного Пахомия Кенского (конец XVIII – начало XIX в.) деревне Карпова и апостола Иоанна Богослова в Шишкина (конец XVIII – начало XIX в.). На территориях деревень Карпова и Шишкина располагаются также «святые» рощи, хорошо просматривающиеся во время путешествия по озеру.

Вокруг Долгого озера выделяются два культурно-ландшафтных комплекса: Тамбичлахтинский и Немятинский.

Тамбичлахтинский комплекс (третий класс) 

Сформировался на базе деревень, расположенных на берегах Тамбич-Лахты. Особое место в комплексе занимают деревни Кривцово и Тамбич-Лахта. Угодья вокруг них связаны не только с Долгим озером, но и с расположенным в одном километре южнее Большим озером. Эти угодья активно используются для сенокошения. До наших дней сохраняются часовня святителя Филиппа митрополита Московского (конец XVIII – начало XIX в.) в деревне Кривцово и Рождества Пресвятой Богородицы (1804 г.) в Тамбич-Лахте. В Тамбич-Лахте сохранилась чрезвычайно выразительная и хорошо просматриваемая с самых разных сторон «святая» роща. Деревня расположилась вдоль устья речки Тамбицы. Когда-то отсюда шла дорога в деревню Бор, следы которой прослеживаются и в настоящее время. В Кривцово располагается один из наиболее интересных «гостевых» домов, устроенных в виде традиционных кенозерских жилищ. От него открываются красивые виды на озеро и «святую рощу». Водный транспорт связывает Кривцово с Вершинино и вместе с тем эта деревня полностью изолирована от остальных поселений Кенозерья. Вторая часть комплекса включает куст поселений: Тырнаволок, Городское, Бухалово, Горку, Бояриново, Роймуево. В Тырнаволоке сохранились две часовни: преподобного Диодора Юрьегорского (XVIII в.), расположенная на мысу, и часовня-«крест» (XIX в.), а также «святая» роща. Сохранились часовни Святого Николая Угодника (конец XVIII – начало XIX в.) в деревне Бухалово и великомученика Дмитрия Солунского в деревне Городское (1890 г.). Рядом с Бухалово в «святой» роще располагалась ещё одна часовня — приподобного Макария Унженского и Желтоводского, но она была некоторое время тому назад разобрана и использована при строительстве жилого дома в деревне Горки. Сохранилась «святая» роща и на месте деревни Бояриново. Пока не заросли открытые пространства, расположенные вокруг Тырнаволокского куста поселений, просматривалась тесная связь этого ландшафтного комплекса с Мининским комплексом Свиного озера.

Немятинский комплекс (третий класс) 

Располагается вдоль Чолмского прохода и включает деревни Немяту, Екимово, Захарова. Благодаря близости к Вершинино угодья Немятинского комплекса довольно активно используются. На территории деревни Немята сохраняются часовня Трёх Святителей Вселенских (конец XVIII – начало XIX в.) и «святая» роща с остатками поклонных крестов. В Екимове находится «святая» роща. Часовня Преображение Господня не дошла до наших дней. Относительно высокое разнообразие памятников культуры, расположенных на территории комплекса, и надёжность (благодаря активной хозяйственной деятельности) сохранения открытых пространств комплекса делает его одним из перспективных объектов для развития Парка и позволяет включить его в программу его деятельности.

На берегах Свиного озера выделяется четыре культурно-ландшафтных комплекса.

Чолминский комплекс (третий класс) 

Сохранил активно используемые луга и остатки небольшой часовни святых Коcмы и Дамиана (1880-e гг.) со «святой» рощей, расположенной при глубоком распадке, выходящем к Кенозеру.

Свиное — комплекс (третий класс) 

Интересен тем, что здесь сохранились сельхозугодья, связывающие в единую систему открытых пространств большое Свиное озеро и два малых озера — Глубокое и Долгое. Здесь также сохраняется часовня Ильи Пророка (1804 г.) и «святая» роща. Деревня Свиное используется лишь в летнее время. Другая деревня — Осташевская — полностью исчезла. Однако здесь в начале 2000 -х гг. заново отстроена часовня Макария Египетского. Относительно близкое положение по отношению к Усть-Поче — одному из самых крупных поселений Кенозерья, наличие же здесь часовен и «святой» рощи предполагает возможность включения этого комплекса в туристско-экскурсионную программу Парка.

 Усть-Починский комплекс (первый класс) 

Занимает ведущее положение среди комплексов Свиного озера. Он сформировался на основе трёх деревень — Подберезки, Усть-Почи, Мызы. На территории полуострова Суетин находится одна из наиболее живописных видовых точек. В Усть-Поче сохранилась часовня Николая Чудотворца (конец XVIII – начало XIX в.) с уникальными авторскими расписными «небесами» иконописца Федора Захарова Иока, а в деревне Мыза находятся две «святые» рощи. В одной из них находится восстановленная часовня Александра Невского. Сама Усть-Поча уже потеряла свой традиционный облик и, казалось бы, не представляет особой ценности как элемент культурного ландшафта. Однако она играет важную роль в сохранении многих культурных ландшафтов, расположенных по берегам Свиного озера и в непосредственной близости от него.

Шуйлахтинский комплекс (второй класс) 

Раскинулся на берегах залива Шуйлахта и залива Корминская лахта. При этом Шуйлахта разбита островами на несколько самостоятельных заливов. Комплекс включает два куста деревень. Первый куст объединяет Рыжково, Глазово, Федосова, а второй куст — Минина, Печихино и Ершово. Между Мининским и Рыжковским кустами деревень сохранились небольшие массивы лугов, хранящие память о бывших здесь когда-то поселениях и земледельческой освоенности этих территорий в прошлом. Тесная связь между ними, до сих пор прослеживаемая система открытых пространств, расположенных между этими кустами деревень, позволяют утверждать, что это единый культурно-ландшафтный комплекс. В Рыжкове сохраняется постоянное население, что обусловлено близостью к Усть-Поче, которая ещё недавно предоставляла рабочие места жителям близлежащих деревень. В Глазове и Федосове сохранилось несколько домов, используемых в летнее время. На территории комплекса находятся часовни: в Глазове — Сошествия Святого Духа (1804 г.), в Рыжкове — Введения Богородицы во храм (1801 г.), в Федосовой — Архистратига Михаила (конец XVIII – начало XIX в.), а также «святая» роща (Федосова). Мининский куст деревень связан не только с Шуйлахтой, но и с Гамозером. Между Печихиным и Мининым расположена «святая» роща с двумя часовнями: Святого Георгия Победоносца (1889 г.) и Казанской Богоматери (конец XVIII – начало XIX в.). Сохраняется «святая» роща и в Ершове. Перспективность Шуйлахтинского комплекса и его активная роль в программе сохранения культурных ландшафтов Парка обусловлены, прежде всего, высокой насыщенностью памятниками культуры, а также близостью к Усть-Поче с её довольно значительным постоянным населением.

На берегах Кенорецкого плёса располагаются Поромский и Першлахтинский комплексы.

Поромский комплекс (третий класс) 

Находится на Поромском острове, удалённом от большинства других комплексов Кенозерской зоны. В деревне стоит часовня преподобного Антония Сийского (XIX в.). Эта деревня хорошо известна фольклористам. Собиратель русского фольклора А.Ф. Гильдфердинг записал здесь былины сказителей Сивцевых (Поромских), вошедшие в хрестоматии русского устного народного творчества.

Першлахтинский комплекс (первый класс) 

Имеет в своей основе большое поселение с относительно устойчивым постоянным населением, что обусловлено его выгодным транспортным положением (фактически Першлахта — это ворота в национальный парк). Здесь сохраняются большие площади открытых угодий, активно используемых в хозяйственных целях. В Першлахте есть Макарьевская часовня, восстановленная местными жителями на месте ранее уничтоженной. В деревне сохранился деревянный дом Дмитриевых (1860 г.). В будущем роль Першлахты может стать более значительной. Для этого необходимо, чтобы в поселении была развита определённая инфраструктура, в частности, предусмотрено создание информационного центра Парка, строительство гостевого дома, других объектов, связанных с обслуживанием посетителей.

Почозерская культурно-ландшафтная зона включает в себя два комплекса:

Починский комплекс (первый класс)

Сформировался на базе созданного в советское время лесохозяйственного посёлка Поча.

Почозерский комплекс (второй класс)

Расположен в северной части Парка. В основе его формирования лежит куст сёл и деревень — Филипповская, Строева горка, Коковиченская, Потеряевская, Будылгино. Все они, за исключением Потеряевской и Будылгина, расположены между двумя озёрами — Почозером и Святым — и занимают возвышенные места, что создаёт здесь чрезвычайно выразительный образ ландшафта. В селе Филипповском находится один из наиболее интересных памятников деревянной архитектуры, отнесённых к объектам наследия федерального значения — храмовый ансамбль Почозерского погоста, в том числе церковь Происхождения Честных Древ Христовых (1783 г.), церковь Обретения главы Иоанна Предтечи (XVIII в.) и колокольня (XVIII в.). Кроме того, здесь же расположено приходское кладбище со «святой» рощей, окружённой рубленой оградой (XVIII в.), и придорожная часовня мучеников Кирика и Иулиты (нач.XIX в.) на развилке дорог у окраины села.

Приоритетные культурно-ландшафтные комплексы Кенозерского национального парка

Весь культурный ландшафт Кенозерского национального парка как целое обладает исключительной ценностью и требует сохранения, однако для практической работы необходимо выделить его ключевые участки, состояние которых в значительной мере будет определять его потенциальную устойчивость, целостность и ценность.

Выделение приоритетных культурно-ландшафтных комплексов исходит из следующих оснований:

•          культурно-ландшафтный комплекс представляет исключительную ценность как феномен исторического (включая природное и культурное) наследия, что может выражаться: в высоком уровне сохранности и выраженности наиболее характерных составляющих и сохранности пространственной структуры комплекса (репрезентативность и разнообразие); в наличии уникальных по строению системообразующих элементов и исключительных ландшафтных достоинств комплекса (уникальность, редкость); в значительности ассоциативно-сакрального наполнения комплекса (святость места); в поддержании пространственно-функциональных взаимосвязей (ключевое местоположение);

•          культурно-ландшафтный комплекс включает центры управленческой активности и перспективен для развития социо-культурной, туристско-рекреационной, просветительской, научно-исследовательской деятельности национального парка, выделяется по функциональной роли или насыщенности функций в системе распределения целевых направлений развития Парка;

•          культурно-ландшафтный комплекс находится под угрозой нежелательных изменений и утрат, отличается высокой уязвимостью и выраженностью деструктивных процессов, что может быть связано, в первую очередь, с утратой живых носителей культурных традиций, с периферийным положением, с пороговым характером сукцессионных процессов или разрушением несущих конструкций инженерных сооружений, а также с внедрением чужеродных элементов в традиционную историко-культурную среду.

К приоритетным культурно-ландшафтным комплексам отнесены те, которые поддерживают основную планировочную ось Кенозерского национального парка,  состояние которых является наиболее важным для культурного ландшафта Парка в целом:

1. КЛ комплекс Масельга – Гужовский;

2. КЛ комплекс Думино – Долгозерский;

3. КЛ комплекс Порженский;

4. КЛ комплекс Видягино – Тырышкинский;

5. КЛ комплекс Зехново – Ряпусовский;

6. КЛ комплекс Шуйлахтинский;

7. КЛ комплекс Почозерский.

К очередным перспективным культурно-ландшафтным комплексам отнесены те, которые в совокупности с приоритетными влияют на динамическую устойчивость и целостность культурных ландшафтов Парка, включают основные и дополнительные перспективные центры развития основных функций Парка:

1. КЛ комплекс Вершининский;

2. КЛ комплекс Вильненский;

3. КЛ комплекс Лекшмозерский;

4. КЛ комплекс Тамбичлахтинский;

5. КЛ комплекс Труфановский;

6. КЛ комплекс Першлахтинский;

7. КЛ комплекс Пормский;

8. КЛ комплекс Челмогорский;

9. КЛ комплекс Макарьевский;

10. КЛ комплекс Немятинский;

11. КЛ комплекс Аглимозерский.

Источники:

·         Веденин Ю. А., Тормосов Д. В. Культурно-ландшафтная дифференциация территории Кенозерского национального парка / Ю. А. Веденин, Д. В. Тормосов // Культурный ландшафт как объект наследия / под ред. Ю. А. Веденина, М. Е. Кулешовой.— М.: Институт Наследия; СПб.: Дмитрий Буланин, 2004.— С. 425-444.

·         План управления и развития (Менеджмент-план) Кенозерского национального парка на 2001 – 2005 гг. / Научный архив ФГБУ «Национальный парк «Кенозерский».