eng

Средневековая история Кенозерья

Особый период в истории Русского Севера связан с включением в состав Древнерусского государства в XI – XII вв. огромных северных территорий и первым славянским заселением.

Ростово-Суздальское продвижение на Север

На первом этапе закладывалась сеть водно-волоковых путей, связывающая Новгород и Ростов Великий с северной периферией Восточной Европы. Местное финно-угорское население не истреблялось и не изгонялось – происходил постепенный процесс ассимиляции. В целом, на территории Кенозерья в XI – XII вв. коренное население уже восприняло русский язык, культуру производства и быта. В редких случаях оно отступало в глубинные районы, где сохраняло дохристианский образ жизни.

Поток славян направлялся со стороны Новгорода. Один путь шел по Водле, Кенозеру, Кене, верхней Онеге, Емце; другой – по Вытегре, Важозеру, Лачеозеру, верхней Онеге; третий – по северному побережью Онежского озера, Выгу, Выгозеру, Белому морю, Двине. Здесь новгородцы встретились с колонизационным потоком других групп славянства, исходящим из Ростово-Суздальской Руси и прилегающих к ней земель. Этот второй поток поначалу был гораздо менее интенсивен, но со временем поставил преграду новгородскому проникновению. Новгородцы, продвигаясь вглубь северных территорий, преследовали преимущественно промысловые цели, ориентировались на внешнюю и внутреннюю пушную торговлю. Поэтому особое развитие получила охота на белку, куницу, выдру, бобра, норку, горностая, рысь, росомаху. Начавшийся приход с юга славянских поселенцев («ростово-суздальская колонизация»), владевших ремёслами и техникой землепашества, отличался по значению и смыслу от новгородского освоения. На берегах озёр в этот период появились селения с рублеными деревянными домами. Так постепенно, на побережьях Кенозера, Лекшмозера и других озер, формировалась сеть поселений. Она была призвана обслуживать пути и будущие погосты.

Кенский волок

На небольших участках водоразделов новгородцам приходилось «волочь», тащить свои деревянные суда – ушкуи. В лесу прорубались просеки, под днища лодок укладывались деревянные лаги. Подобный участок пути носит название волок. Огромную роль в освоении Севера сыграл Кенский волок – первый волок на магистральном пути из Новгорода в Поморье, соединивший речные системы бассейнов Белого и Балтийского морей. Именно этот путь на север новгородцы предпочитали другим, т.к. он на всем протяжении был достаточно безопасен и недоступен как для внешних врагов, так и для внутренних соперников. Первые упоминания о Кенском волоке встречаются в уставной грамоте новгородского князя Святослава Ольговича (1137 г.), но возник он гораздо раньше. Вплоть до конца XVII в. этот водный путь из Новгорода в Каргополь, Холмогоры и Архангельск оставался важной транспортной магистралью. В начале XVIII в. Поонежье оказалось в стороне от основных торговых путей, рассчитанных на внешний рынок. Старый торговый путь через Кенский волок до начала XX в.был важен только для населения Водлозерья, Кенозерья и территорий Поонежья, и использовался для обмена рыбы на хлеб, соль и промышленные товары. Окончательное исчезновение волоков и потеря экономического значения этого водного пути произошли в советское время в результате строительства Беломорско-Балтийского канала.

В настоящее время Кенский волок отличается исключительной сохранностью исторического ландшафта: от некогда оживлённой трассы остались старая волоковая дорога длиной 6 км от д. Заволочье до д. Яблонь-Горка с тремя маркирующими волок часовнями.

"Новгородское" освоение

В XIV – XVI вв. в связи с истреблением ценного пушного зверя охотничий промысел переместился на северо-восток Европейского Севера и Сибирь. Экономическая роль местной охоты резко снизилась. Начинается активное освоение Севера новгородцами и «низовиками», которые шли, главным образом, через Белоозеро. Среди причин, обусловивших этот процесс, было стремление уйти из мест, захваченных монголо-татарами, бегство от боярской неволи, рассказы бывалых людей о свободных землях к востоку от Новгорода. Новгородского жителя, уроженца Северо-Запада, влекло к лесу, реке и озеру. Привычка к лесному и рыболовному промыслу во многом определяла выбор новых мест при организации постоянных поселений. Кенозерье и Лекшмозерье с их озерными, речными и лесными богатствами, не могли не привлечь внимание новгородцев.

В это время освоение края было направлено вглубь территорий на водоразделы и приобрело выраженный земледельческий характер. Среди леса расчищались подсеки, со временем превращаясь в постоянно используемые пашни и выгоны для скота. Через подсечное земледелие и пользование лесными ресурсами значительно менялся ландшафт.

Закладывались основы земледельческого крестьянского хозяйства, начинали активно развиваться промыслы и ремесла: рыболовный и сельскохозяйственный промыслы, кузнечное, гончарное, плотницкое и столярное ремесло, прядение и ткачество. Они были ориентированы преимущественно на собственное потребление.

Укреплялось и распространялось новое мировоззрение – христианство, в «священных» рощах стали появляться православные часовни и поклонные кресты.

"Свобода и глушь..."

В 1478 г. Москва окончательно включила северные новгородские земли в состав единого Русского государства и экономическая ориентация для края изменилась. Возросло значение вначале Каргопольско-Онежского, а с XVI в. Сухоно-Двинского торговых путей. Последующее развитие международного торга по царскому указу 1585 г. в низовьях Северной Двины и основание г. Архангельска значительно понизили роль Онежского пути, а в особенности Кенского волока. Изменение ситуации содействовало консервации культуры отдаленного Кенозерья и его хозяйственного уклада. По сути, на длительный период эта локальная территория в экономическом отношении была предоставлена сама себе, край оказался в какой-то степени изолированным, замкнутым.

Произошло формирование своеобразной культуры Русского Севера, создание самобытного хозяйственно-культурного уклада жизни и этико-эстетической системы мировоззрения в результате взаимодействия элементов финно-угорской культуры «леса» и славянской культуры «поля».

В наследии Кенозерского национального парка это своеобразие представлено наиболее ярко. Часовни с «заветами», «святые» рощи с поклонными крестами и ансамбли погостов – примеры и сейчас живущих культурных традиций. В хозяйственной организации территории и в промыслово-хозяйственном природопользовании четко прослеживается экологическое и рациональное мышление населения. Бережные взаимоотношения с природой закреплялись и сохранялись в обрядах, поверьях и других элементах культуры, берущих свое начало в дохристианских языческих временах.

Археологические памятники древней истории и особенно средневековья на Кенозерье еще мало изучены, но аккумулируют огромную историческую информацию и претендуют на важное место в общем контексте культурного наследия Севера.

 

Источники:

1.      Васильев Ю. С. Об историко-географическом понятии «Заволочье» // Проблемы истории феодальной России. Л., 1971.

2.      Смирнов Ю.И. О совместимости результатов разных наук в изучении Русского Севера // Культурное и природное наследие Европейского Севера. Архангельск, 2009.

3.      История северного крестьянства. Том II. // Крестьянство Европейского Севера в период феодализма. – Архангельск, 1984.

4.      Рыбаков Б.А. Язычество Древней Руси. М., «Наука», 1982.